На наш взгляд, адекватна позиция И.Б.Гасанова: «Большинство войн и конфликтов было порождено не ложными представлениями и отнюдь не негативными национальными стереотипами, а реальными экономическими, политическими, социальными причинами, различными интересами и противоречиями, и сводить конфликты и войны лишь к неправильному восприятию окружающего мира или какой-либо страны, отдельного народа было бы неправомерным. Вместе с тем, сама ситуация напряженности, особенно ведущая к вооруженным конфликтам, порождала и одновременно подкреплялась «образом врага».

Таким образом, не следует упрощать ни механизм формирования «образа врага», ни его содержание (сводя к некой «матрице»), ни его структуру и т. д.

Образ врага — это представления, возникающие у социального (массового или индивидуального) субъекта о другом субъекте, воспринимаемом как несущий угрозу его интересам, ценностям или самому социальному и физическому существованию, и формируемые на совокупной основе социально-исторического и индивидуального опыта, стереотипов и информационно-пропагандистского воздействия. Образ врага, как правило, имеет символическое выражение и динамический характер, зависящий от новых внешних воздействий информационного или суггестивного типа.

Образ врага никогда не формируется произвольно, на чисто ментальном уровне, а потому и не может быть сведен к «пропагандистскому продукту». Он не может быть и постоянной величиной: ни в структурном, ни в смысловом, ни в аксеологическом (ценностно-оценочном) отношениях. «Враждебность есть определенное общественное отношение, которое возникает не на пустом месте, а основывается на объективно данных материальных предпосылках, определяющих характер отношений даже внутри отдельной человеческой группы, так что об их внешнем выражении в виде определенных, устойчивых общественных форм связи одной группы с другой говорить не приходится».