На дне тоже кишмя кишит жизнь. Создания, лишенные мозга и органов чувств, злобные и прожорливые, вырастают во тьме, словно искусно возделанные цветы. Существа, состоящие из одного лишь желудочка, скользят по воде, будто прозрачные эльфы. Мшанки, гидры, амебы, кругоресничные инфузории, инфузории-трубачи, инфузории-туфельки, коловратки и существа, им подобные, при крайней примитивности природы своей, наделены совершеннейшей формой и редчайшими рисунками.

Жизнь, как известно, зародилась в воде. Наше прошлое — в мире тины и ила. Путь к разуму, свету был долгим и трудным. Мир водоемов нужно изучать и знать. Он часть общей жизни природы. Он отражает наше небо.

Саламандры

Саламандры, по всей вероятности, не спят. Стоит посветить на них фонариком, как они тотчас же отползают в темноту. Дотронешься — иногда слышишь звук, очень громкий, похожий на кваканье. Интересно, слышали ли вы это «кваканье» и когда?

В Дании саламандры бывают двух видов: крупные и мелкие; и те, и другие встречаются одинаково часто. Не знаю уж, почему, но в моем пруду водятся только крупные. Летом, отъевшись на улитках, саламандры выглядят несколько иначе, чем зимой. Теперь они — плоские и черные, украшающий самцов гребень исчез и потому трудно различать их пол.

Этих скользящих хвостатых земноводных называют, как и сказочных духов огня, саламандрами. В прежнее время люди наивно верили, что они не горят в огне и отлично себя чувствуют на раскаленных углях. Плиний Старший

Весною выжившие саламандры вновь трогаются в путь, к воде. Совершенно невозможно постигнуть, как эти истощенные, голодные создания выбираются на свет по лестницам, трубам, стенам, бакам. И все же в апреле они уже в воде — скользкие и разбухшие, с оранжево-красными пятнистыми брюшками и высокими гребешками, красующимися на спинах у самцов. О том, как проходят у них брачные игры, будет рассказано позже в соответствующем месте.