И скучал бы там на всю катушку. Потому что критерием выбора все равно служит не личная потребность, а стоимость билета, путевки, блюд в меню. Для получения удовольствия нужно совсем другое. В первую очередь, необходимо понять, какой отдых требуется вам — без оглядки на соображения престижа. Хочется поселиться в горном шале и провести месяц без телефона, интернета и ночных клубов? Хочется собрать коллекцию капризных тропических орхидей? Хочется «поднять целину» на даче и показать соседям, что и тут могут яблони цвести? Хочется написать мемуары о том, как вы на заре туманной юности ездили в Артек и как вам там не понравилось? Да ради бога! Займитесь чем хотите! Если вы этого действительно хотите.

А предлагаемые зрелища, даже самые разнообразные и прихотливые, рано или поздно надоедают. Индивид продолжает скучать, пока скука не приведет его в объятия… правильно, того самого аддиктивного агента. И вообще со скуки человек легко вовлекается в опасные ситуации. Но если сознание проявит себя хотя бы в выборе досуга — тогда, может, человек не станет совершать опасные и непредсказуемые глупости. Чтобы реализовать собственные потребности, надо сделать шаг от навязанных развлечений и увлечений. И придется искать то, что интересно конкретной личности.

Но разве мы понимаем, что развлечение также требует определенной работы? Разве мы сознаем, что досуг надо организовывать и планировать? И все-таки лучше согласиться с этим «дуализмом» отдыха: с одной стороны, ты работаешь над тем, чтобы тебе было хорошо; с другой — наслаждаешься плодами грамотного выбора. Что же нам мешает сделать собственный выбор? В первую очередь, недовольство и непонимание со стороны близких: с чего бы это наш вялый-неповоротливый демонстрирует такую прыть? Этот барьер надо преодолеть, если хотите стать собой. У нас к личным потребностям традиционно принято относиться с иронией. Как говорят: «Была у меня мечта идиота…» — и соответственно выражению, мечте не дали воплотиться, а «идиоту» — возможности удовлетворить свои желания. Одновременно извиняясь перед окружением и защищаясь от вероятной критики, человек сам дискредитирует свою мечту и себя — в той части своего «Я», в которой мечта зародилась и проросла.



35 из 307