Основополагающим принципом исторической психологии, выдвинутым французскими историками школы „Анналов“, является осознание и понимание эпохи, исходя из нее самой, без оценок и мерок чуждого ей по духу времени.
Во многом этот научный метод близок методу художественному, характерному для многих писателей, пишущих на исторические темы. В основе его лежит убеждение в том, что для понимания истории главное — проникнуть в субъективный мир исторических персонажей. В значительной степени это проявление их творческой интуиции: художественное освоение области исторической психологии вообще началось гораздо раньше, чем научное. Так, норвежская писательница Вера Хенриксен говорит о своем творчестве следующее:
„Что такое исторический роман? Это попытка вжиться в определенный период, понять людей, живших в то время, и таким образом совершить психологическое путешествие в прошлое. Однако это не будет абсолютной правдой о том времени и тех людях. Это, скорее, то, что исследователи называют „моделью“ — картина общества и человека, какими они, по-видимому, были. Порой с помощью этой модели можно намеренно пробить брешь в общепринятых понятиях и помочь людям поставить определенные вопросы…“
Последнее особенно важно. Интересно, что принцип „взгляда на прошлое из прошлого“ действует и там, где речь идет о событиях, пережитых самим автором и описываемых им какое-то время спустя.
„Я стараюсь писать „из того времени“, — признавался Вячеслав Кондратьев, — и мой герой не должен знать то, что знаю я сегодня, как автор. Иначе будет неправда“.
Такого же понимания историзма придерживался и Константин Симонов, когда работал над собиранием и записью „солдатских мемуаров“.
Для историков такой подход к прошлому — явление сравнительно редкое. Тем любопытнее пример английского исследователя Макса Хастингса, который в своем труде „Оверлорд“, посвященном открытию второго фронта во Второй мировой войне и основанном на воспоминаниях участников событий, прямо признается в том, что „пытался мысленно совершить прыжок в то далекое время“, что, по его мнению, очень важно для написания книг подобного рода.