- Ну? - спрашивает меня главный клерк.

- Видите ли, сэр, - говорю я довольно робко, - я никак не соображу, из какого именно я мира. Может быть, вы сами догадаетесь, если я скажу, что это тот мир, который был спасен Христом.

При этом имени он почтительно наклонил голову и кротко сказал:

- Миров, которые спас Христос, столько же, сколько ворот на небесах, счесть их никому не под силу. В какой астрономической системе находится ваш мир? Это, пожалуй, нам поможет.

- В той, где Солнце, Луна и Марс... - Он только отрицательно мотал головой: никогда, мол, не слыхал таких названий. - ...и Нептун, и Уран, и Юпитер...

- Стойте! Минуточку! Юпитер... Юпитер... Кажется, у нас был оттуда человек, лет восемьсот - девятьсот тому назад; но люди из той системы очень редко проходят через наши ворота.

Вдруг он впился в меня глазами так, что я подумал: "Вот сейчас пробуравит насквозь", а затем спрашивает, подчеркивая каждое слово:

- Вы явились сюда прямым путем из вашей системы?

- Да, - ответил я, но все же малость покраснел.

Он очень строго посмотрел на меня.

- Неправда, и здесь не место лгать. Вы отклонились от курса. Как это произошло?

Я опять покраснел и говорю:

- Извините, беру свои слова назад и каюсь. Один раз я затеял немножко потягаться с кометой, но совсем, совсем чуть-чуть...

- Так, так, - говорит он далеко не сладким) голосом.

- И отклонился-то я всего на один румб, - продолжаю я рассказывать, - и вернулся на свой курс в ту же минуту, как окончились гонки.

- Неважно, именно это отклонение и послужило всему причиной. Оно и привело вас к воротам за миллиарды миль от тех, через которые вам надлежало пройти. Если бы вы попали в свои ворота, там про ваш мир все было бы известно и не произошло бы никакой проволочки. Но мы постараемся вас устроить.