Карл Гюстав Юнг сказал бы, вероятно, что дело в «архетипическом образе Страшной Матери», который довлеет над мужской половиной человечества, не позволяя представителям этой половины воссоединиться с собственным «либидо». Возможно, у классиков психоанализа пошла бы еще речь о нарциссизме — слишком уж зациклено чудовище на своем, прошу прощения, «аленьком цветочке». Не исключаю, что были бы предложены и какие-то дополнительные версии, касающиеся сексуальных извращений самого разного плана (садомазохизм, например, эксгибиционизм и т. п.).
Со всем этим я готов, при наличии некоторых оговорок, согласиться, но об этом ли сказка? Я полагаю, что сказка эта — об отношениях полов, отношениях драматичных, часто роковых, поскольку в них — в этих отношениях — сокрыты тайны, которые загадала нам эволюция и физиология сексуальности, красота и инстинкты, общество и сама сущность полов. И сейчас нам предстоит разгадать все эти тайны — как обычно, от главы к главе.
Приятного путешествия!
ВМЕСТО ВВЕДЕНИЯ: «ОН» И «ОНА»
«Что наша жизнь?» — восклицает оперный Гер-манн в «Пиковой даме» и дает неправильный, а точнее говоря, неполный ответ: «Игра!» Наша жизнь — это, конечно, игра, но, как показывает опыт и самого Германа, да и любого другого человека, наша жизнь — это игра мужчин с женщинами и женщин с мужчинами. Вы только представьте себе на секундочку, что эволюция пошла по другому пути, что мы, как и амебы, размножаемся делением, никаких полов у нас нету, а на вершине эволюционной иерархии царит абсолютное половое, точнее — бесполое — единообразие...