Однако для образования действительной оппозиции не хватает платформы. Признаваться же в том, что речь идет о борьбе за власть, никому не хотелось. Оппозиционерам необходимо было сформулировать разногласия, вокруг которых могла бы сплотиться значительная часть недовольного партактива. В области внутренней политики эти разногласия были сформулиро-ваны в 1926 году: критика нэпа слева.

Нет смысла утверждать, что разногласия между оппозиционерами, теперь уже по праву называемыми "левыми", и большинством партийного актива были надуманы или что Троцкий, Зиновьев и Каменев взялись защищать именно левофланговую (а не обратную) точку зрения случайно. Искренность позиции самого Троцкого сомнений вызывать не может: он всегда находился на левом краю революционного спектра. Но историк, пытающийся объяснить, почему "правые" Зиновьев и Каменев, выступавшие в октябре 1917 года против захвата власти большевиками, оказались в левой оппозиции Троцкого, а лидер левых коммунистов и сторонник немедленной революционной войны против Запада Бухарин -- главой правого крыла партии (в котором, не забудем, был в тот момент и Сталин), столкнется с большими трудностями. Оформившаяся в 1926 году левая оппозиция критиковала внутреннюю политику советского правительства по целому ряду вопросов. Главным образом, она выступала против частного хозяйства, т. е. против нэпа, хотя кри-тике подвергалась не новая экономическая политика как таковая, а "частный собственник". В тот период с защитой нэпа выступили против левой оппозиции Сталин, Бухарин и другие советские руководители. И "правые" победили: в декабре 1927 года решением XV съезда ВКП(б) участие в (левой) оппозиции было объявлено несовместимым с принадлежностью к партии. К левым оппозиционерам начали применять репрессии, главным образом исключение из партии и ссылку. Почти все "левые" в те дни "капитулировали" перед Сталиным и Бухариным (но сосланы все равно были). Так партия встретила 1928 год