Глава вторая

Поиски медленной помощи

Ни учение Христа, ни этика Канта не предотвратили Освенцима и Колымы. И нет надежды, что "теология после Освенцима" или "этика после Освенцима" (как можно назвать этику Левинаса) окажутся сильнее. Когда почва истории становится раскаленной лавой, культура воспаляется и любая клетка может стать злокачественной. Коммунизм вырос из Просвещения, нацизм из романтизма; сегодня экстремизм растет из сопротивления ислама американизации, завтра он может вырасти из ужаса перед экологической катастрофой. Политическая мысль с ее безумными проектами - только следствие лихорадочного темпа научно-технического прогресса, следствие Нового, ставшего разрушительной силой. Потеряна способность культуры осваивать Новое, приручать его, сохраняя равновесие. Равновесие нарушено, разваливается иерархия ценностей. Разрушительная роль телевидения, о которой с тревогой писали Поппер и Гадамер, - только частный случай.

Бывший министр просвещения России Геннадий Ягодин пишет об экологическом кризисе: "Дальше - только два варианта: либо фашизм, диктатура, которая говорит: "Ведите себя так, иначе погибнете", либо такой уровень сознания, когда человек без диктатуры будет вести себя так, чтобы не погибнуть" (Зачем нужны умные люди? // Педология. 2001, май. С. 16).

К сожалению, именно умные люди создали реальность, с которой умные люди не знают, что делать. Глобальная диктатура не может утвердиться мирным путем, а войны - еще более короткий путь к гибели, чем нынешний порядок, охраняемый НАТО.

Одна из проблем, которую нельзя решить высокоточными ракетами, миллиарды недоучек. Примитивные народы умели воспитывать своих мальчиков и девочек. Простая культура целиком влезала в одну голову, и в каждой голове был нравственный порядок, а не только техническая информация.