Людовик XV испытывал к ней влечение, удивлявшее придворных. Он любил ее на скамьях, диванах, креслах, лестничных ступенях. Герцогиня, явно испытывавшая слабость к подобного рода времяпрепровождению, «позволяла королю» все, издавая при этом радостные вскрики. Монарх предавался с ней и не столь невинным удовольствиям. Однажды он потребовал, чтобы м-м де Майи присоединилась к ним, желая «спать между двумя сестрами», чьи прелести представляли явный контраст.
М-м де Майи любила короля — она согласилась… Подобная вариация доставила Людовику XV лишь скромное развлечение, и он заскучал как прежде. В конце концов он пресытился герцогиней де Лорагэ, не отличавшийся особым умом, и, дабы избавиться от нее, но чтобы она всегда была под рукой, назначил ее фрейлиной дофины…
* * *Осенью 1742 года м-м де Майи показалось, что она обладает достаточной властью, чтобы вмешиваться в политику. Но увы! В ноябре было перехвачено письмо маршала де Бель-Иля маршалу де Майбуа. В нем содержались прозрачные намеки на роль фаворитки. Людовик XV пришел в ярость и быстро избавился от своей любовницы.
Желая продолжить удачно начавшийся турнир, он обратил свой взор на четвертую сестру де Несль, жену маркиза де Флявакура. Супруг ее был безумно ревнив, и королю не удалось затащить ее в свою постель. Желчный муж, прознав про намерения Людовика XV, пообещал жене, что размозжит ей голову, если она поведет себя так, «как ее шлюхи сестры»… Разочарованный монарх остановил свой выбор на последней сестре де Несль — Мари-Анне.