«Выбор Путина» (так стоит теперь переименовать «партию андроидов» — по аналогии с, например, «Демократическим выбором России») резко изменил ожидаемые итоги назначения депутатов Госдумы.

Но его заявление о возможности занять пост премьера представляется заявлением именно о возможности, а не о намерении, которое, скорее всего, еще не вызрело. Четкое указание на то, что Путин станет премьером, только если президентом должен стать приемлемый для него человек (хотя указание на его «современность» очевидным образом призвано «подвесить» 66-летнего Зубкова и дать надежды Козаку, а возможно — и всем остальным относительно молодым претендентам), — признак намерения доработать на посту президента как минимум до президентских выборов, когда этот «приемлемый» человек появится. Если Путин не будет спешить с инаугурацией нового президента, у него будет время до мая, в течение которого можно принять любое решение и изменить Конституцию любым требуемым образом (на это сейчас нужно не более 1,5 месяца).

Обозначенная Путиным на съезде «Единой России» схема парламентской республики сомнительна с точки зрения ее реализации. Прежде всего, она слишком уж соответствует чаяниям «Единой России», а президент у нас — человек независимый. Кроме того, она представляет собой кальку «плана Ходорковского», что идеологически неприемлемо для его гонителя. Главное же — она создает слишком запутанную систему, в которой Путин все равно не будет иметь всей полноты власти, что заведомо неприемлемо для него.

В самом деле, если победившая на выборах партия выдвигает премьера, которому и принадлежит вся полнота исполнительной власти, а президент превращается в представительскую фигуру (вероятно, без важнейших для парламентских республик функций верховного арбитра в кризисных ситуациях), возникает вопрос о том, кто будет контролировать саму «партию власти». Да, конечно, в момент назначения премьера контроль будет осуществляться по инерции, а также при помощи неформальных методов воздействия, да и администрация президента еще сохранится как центр управления страной, однако затем все эти системы власти начнут быстро отмирать и трансформироваться просто в силу своей неформальности.