Рука Минны пылала и трепетала; голова ее невольно склонилась на плечо Эдвиново...

- Ах! зачем вы не рыцарь! - прошептала она. Воздушный замок Эдвина разлетелся.

- Ах! зачем я не рыцарь! - вскричал он вне себя. - Зачем я злосчастен своим благополучием!

И в одно время на руке Минны напечатлелись жаркий поцелуй восторга и охладевшая слеза безнадежности.

- Минна, Минна! - закричал отец из другой комнаты.

- Минна! - повторила впросонках ее тетушка.

III

В любви, добыче и утрате

Мои права - в моем булате.

Кто не читывал рыцарских романов, кто не знает обычая избирать для раздачи наград на турнирах красавицу, которой давали титло царицы любви и красоты? Разве в чем другом, а в тщеславии лифляндские рыцари не уступали никаким в свете и всегда - худо ли, хорошо ль - передразнивали этикет германский. Турниру без царицы быть не можно - это аксиома: вот и сошлись избранные судьи турнира в риттергауз. Поставили, как водится, на стол чернильницу и бутылки, перебрали все писанные и устные предания о способе избрания, пошумели, поспорили, кого избрать, и когда от кружения козьей ноги [Кубки в виде ноги дикой козы были в большой моде у ре-вельских рыцарей - в честь Ревеля, которого имя производят они от слова Ree-fall падение серны, (примеч. автора.)] у них закружились головы и отнялись ноги, они согласились (к чести их вкуса или вина, право, не знаю) избрать Минну фон Буртнек царицею.

Минна, слыша зов отца своего, оправила волосы и, подняв фрез, чтобы скрыть в нем пылание щек своих, вышла в залу.

За нею последовал Эдвин.

- Благодари господ совета за честь, милая Минна. Ты избрана на завтра царицею... - сказал барон, потирая от удовольствия руки. - Благодари; я за себя и за тебя дал слово...