"Все будет хорошо", - подумала Донна, но в голове почему-то сразу же пронеслись слова дочери: "Он убьет нас".

Закончив свои дела, Домна выбралась из кювета на обочину шоссе. Аксель, по-прежнему сидящий на крыше грузовика, казалось, не замечал ее.

- Е Шао Ли! - окликнула его Донна. Он вздрогнул, испуганно посмотрел на нее сверху, что-то быстро пересчитал и, наконец, улыбнулся.

- Донна! - радостно произнес он.

- Туман рассеялся. Мы можем ехать отсюда хоть сейчас.

Не говоря ни слова, Аксель спрыгнул на землю, при этом левая нога его неестественно подогнулась, но он все же сумел удержать равновесие.

- Что там у вас? - крикнула им из машины Сэнди.

- Мы уезжаем, - ответила Донна.

Все трое перетащили сумки из "маверика" в кузов пикапа. Потом залезли в кабину. Донна села между Акселем и дочерью.

- Постарайся запомнить, где мы оставили наш "кадиллак", - подмигнула она Сэнди.

- А мы разве еще вернемся сюда?

- Конечно, вернемся, - ответила Донна. - Надо же забрать машину.

Аксель вывел свой пикап на дорогу и широко улыбнулся Донне. Та вежливо улыбнулась в ответ.

- Ты хорошо пахнешь, - сказал он.

Донна поблагодарила его за этот странный комплимент.

Потом он надолго замолчал. По радио Джинни Рэйли пела популярную песенку о долине Харпер. Донна заснула, не дождавшись конца этой песенки. Снова открыв глаза через какое-то время, она увидела в свете фар только вьющуюся впереди узкую асфальтированную дорогу и опять закрыла глаза. Потом ее разбудил голос Акселя, во все горло подхватившего марш "Слепой на спортивной трибуне". Голос у него был густой и низкий. Когда он закончил петь, Донна еще раз задремала, а проснулась, лишь почувствовав на своем колене чью-то руку.