Буквально с первых часов победы Советской власти были предприняты шаги к защите культурных ценностей от уничтожения и разрушения. 10 ноября 1917 г. в «Известиях» публикуется письмо А. В. Луначарского к отрядам Красной Гвардии, охранявшим Зимний дворец: «Я, как народный комиссар просвещения, болевший душой за целость художественных и исторических достояний народа, не могу не выразить с восторженной радостью своей глубочайшей благодарности чудесной новорожденной петроградского пролетариата — Красной Гвардии за то, что а в деле сбережения народных сокровищ она являет примеры, достойные преклонения»*.

' Известия, 1917, 10 ноября.

Победа революции сопровождалась злобной клеветой, грязными слухами, распространявшимися контрреволюцией. Эсеро–меныпевистская и буржуазная пресса взывала к мировой общественности с призывом защитить русскую культуру от поднявшихся на борьбу варваров. Сообщались различные «достоверные» данные об уничтожении дворцов Кремля, кремлевских и Других соборов, проводился даже подсчет «невосполнимого» ущерба, нанесенного историческим сокровищам, публиковались обращения к Советской власти дезориентированных провокаторами деятелей культуры.

На короткое время — одни сутки — жертвой этих слухов стал даже А. В. Луначарский. 2 ноября 1917 г. он обратился в Совнарком со следующим письмом: «Я только что услышал от очевидцев то, что произошло в Москве. Собор Василия Блаженного, Успенский собор разрушаются. Кремль, где собраны сейчас все важнейшие художественные сокровища Петрограда и Москвы, бомбардируется. Жертв тысячи. Борьба ожесточается до звериной злобы. Что еще будет? Куда идти дальше! Вынести этого я не могу. Моя мера переполнена. Остановить этот ужас я бессилен. Работать под гнетом этих мыслей, сводящих с ума, нельзя. Вот почему я выхожу в отставку из Совета Народных Комиссаров. Я сознаю всю тяжесть этого решения. Но я не могу больше»'.