Так в недрах физики возникли квантовая механика и теория относительности, а их развитие показало: нельзя переносить правила, найденные для мира больших тел, на мельчайшие частички вещества; нельзя думать, что тела, которые движутся с земными скоростями, подчиняются тем же законам, что и тела, которые перемещаются с немыслимыми для воображения скоростями, близкими к скорости света.

Вполне прав средневековый житель Сибири, ничего не знающий о далеких странах, когда говорит: зимой выпадает снег – это закон природы. И верно, для их определенных широт это незыблемый закон. Но тот же человек проявит ограниченность мышления (а вовсе не здравый смысл), если, перебив рассказчика о климате Южной Индии, будет говорить, что это сказки и такого не может быть.

Таким образом, здравый смысл, признаком которого является утверждение: этого никогда не может быть, потому что ни я, ни мои родственники, ни знакомые ничего подобного не видели, – не подлежит осмеянию. Заверениям здравого смысла надо придать жесткие рамки, после чего к ним надо относиться с превеликим уважением, поскольку они есть не что иное, как обобщения человеческого опыта.

Необходимость изменить терминологию и таким образом отмежеваться от нападок на здравый смысл стала для меня ясной после того, как я прочитал две странички комментариев к сочинениям Лема, помещенных в сборнике, который помог мне скоротать часы в самолете. Озаглавлены эти примечания вполне уместно:

«Лем смеется». Однако оказывается, что Лем смеется в двух случаях из трех. Рассказ «Автоинтервью» назван ироническим; «Сказка о цифровой машине» – юмористической; а вот телевизионная пьеса заслужила другую оценку. Мы должны увидеть в ней, по словам комментатора, «сочетание смелой и удивительно щедрой фантазии с подлинно современным по типу научным мышлением, сверкающего, будто беззаботного юмора с глубокой философской мыслью».

Все верно. И относительно фантазии, и относительно юмора. Глубокой же философской мысли я, честно говоря, не разглядел. Однако не станем по этому вопросу спорить: десяток ассоциативных ступеней приводит, как известно, к глубоким филоз-з-зофическим заключениям даже из созерцания яичной скорлупы. А вот слова «современное по типу научное мышление» обязательно следовало бы заменить словами «современная научная терминология». И тогда всё стало бы на свое место.