Между прочим, на это событие откликнулся поэт Александр Блок. 29 мая он встречался с Соколовым и написал о нем: "...остервенелый Н. Д. Соколов, по слухам, автор приказа № 1"6, а 24 июня - пожалуй, не без иронии отметил: "В газетах: "темные солдаты" побили Н. Д. Соколова" (там же, т. 7. с. 269). Позже, 23 июля. Блок делает запись о допросе в "Чрезвычайной следственной комиссии" при Временном правительстве виднейшего "черносотенца" Н. Е. Маркова: "Против Маркова... сидит Соколов с завязанной головой... лает вопросы... Марков очень злится..."7

Соколов, как мы видим, был необычайно энергичен, а круг его деятельности - исключительно широк. И таких людей в российском масонстве того времени было достаточно много. Вообще, говоря о Февральском перевороте и дальнейшем ходе событий, никак невозможно обойтись без "масонской темы". Эта тема особенно важна потому, что о масонстве еще до 1917 года немало писали и говорили "черносотенцы"; в этом, как и во многом другом, выразилось их превосходство над любыми тогдашними идеологами, которые "не замечали" никаких признаков существования масонства в России или даже решительно оспаривали суждения на этот счет "черносотенцев", более того высмеивали их.

Только значительно позднее, уже в эмиграции, стали появляться материалы о российском масонстве - скупые признания его деятелей и наблюдения близко стоявших к ним лиц; впоследствии, в 1960-1980-х годах, на их основе был написан ряд работ эмигрантских и зарубежных историков. В СССР эта тема до 1970-х годов, в сущности, не изучалась (хотя еще в 1930 году были опубликованы весьма многозначительные - пусть и предельно лаконичные высказывания хорошо информированного В. Д. Бонч-Бруевича).