С другой стороны, мы не можем сказать, какова будет формула организации власти в будущем, в том числе и на Западе. С началом XXI века в странах Запада очевиден подъем "новой правой волны", содержание требований которой, в отличие от "неоконсервативной" волны начала 1980-х годов, носит уже не столько экономический, сколько социокультурный характер, причем зачастую достаточно авторитарный, с тенденцией к некоторому ограничению демократии.

Угроза размывания западных обществ изнутри, которая ранее носила в основном абстрактный или сугубо локальный характер, сегодня вышла за рамки тех анклавов чужеродных культур, которые формировались в западных обществах на протяжении последних десятилетий. Этнические и религиозные меньшинства, постепенно наполнявшие собой страны Запада, глубоко укоренились и разрослись до значительных величин, перешли к активной стратегии "встраивания" в западные общества, точнее - к их "модификации" с учетом своих ценностей и интересов (достаточно вспомнить так называемый карикатурный скандал или массовые волнения во Франции).

Это не только ведет к "сбоям демократии", но и создает довольно широкий общественный запрос на ее ограничения в тех же европейских обществах, где, несмотря ни на что, до сих пор сильны патриархальные традиции и ценности. Эта тенденция сегодня затрагивает не только национальный политический процесс во многих странах Европы, но и непосредственно грозит остановить и обратить вспять европейскую интеграцию.

И даже США, которые всегда являлись неким эталоном, образцом общества особого типа, так называемого плавильного котла, где все нации, народности, этносы, культуры и религии переплавлялись в единую "великую американскую нацию", не могут больше эффективно поддерживать необходимую температуру в своей домне социальной стабильности.

Кроме того, на Западе проявляется и иная, достаточно очевидная сегодня тенденция, возникшая как ответ на вызовы и угрозы международного терроризма и "всемирного подполья".