— Подожди, Иван Михайлович, я что-то совсем отупел. — Лис говорил спокойно, хотя в душе бился яростный крик. — Как освободили? А заявление Хондачева? А звукозапись? А вещдоки?

— Это все есть, — ответил судья. Он был честным и педантичным человеком. Когда-то Лис оказал Ивану Михайловичу большую услугу и считал, что может ему доверять. — А состава преступления нет.

— Как нет?! Они чуть не убили его! Я лично изъял шприцы с отравой и оружие! — Он все-таки сорвался на крик, но тут же взял себя в руки. — Извините.

— По существу, никаких угроз не было. Были коммерческие предложения, возможно, сделанные в не вполне корректной форме. У гражданина Хондачева просто поинтересовались, не склонен ли он к сердечным приступам. А насчет шприцов… По заключению экспертизы, в них содержится витамин В6— пиридоксальфосфат. Широко применяется для укрепления нервной системы и лечения хронических сердечно-сосудистых заболеваний…

— А оружия тоже не было?!

— Не было, — вздохнул судья. — Был массо-габаритный макет пистолета «ТТ», который свободно продается за восемь тысяч рублей в сувенирном магазине. Для стрельбы он непригоден, оружием не является…

Лис молчал. Как всегда, судья разложил все по полочкам. И возразить ему было трудно. Хотя оба прекрасно понимали, что к чему.

— Кто рассматривал ходатайство? — спросил он. Собственно, это не имело никакого значения, но Коренев привык выяснять все детали.

— Синицын. Но если бы рассматривал я, решение было бы тем же.

— Понятно.

Лис вскочил, нервно прошелся взад-вперед по кабинету, осторожно выглянул в зашторенное окно.

Здание РУБОПа на дальних подходах окружали фундаментные блоки с красными поперечными полосами, прилегающая территория охранялась патрульной службой, по верху бетонного забора отблескивала колючая проволока «егоза».