Четверть века наших отношений - 1960-1985 гг. - это глухие годы. Стороны по большей части либо не могли, либо не желали слышать тогда друг друга; каждая говорила о своем, отстаивала свою позицию. Это было время конфронтации и ненормальных дипломатических отношений. Оно характеризовалось обострениями, после каждого из которых стороны вступали в переговоры или консультации.

Так было трижды. В 1964 г. китайская сторона обострила обстановку на границе, а затем, пойдя на консультации, выдвинула к нам ряд исторических территориальных претензий, потребовала признать договоры о границе неравноправными. Мао Цзэдун заговорил о еще не предъявленном нам счете "по реестру" якобы отторгнутых у Китая земель площадью более полутора миллионов квадратных километров.

В 1969 г. китайская сторона начала применять оружие в столкновениях на границе, а затем потребовала от нас вывести войска из всех районов, которые она полагала спорными.

В 1979 г. китайская сторона выступила с призывом создать всемирный единый фронт борьбы против СССР, прекратила действие договора о дружбе, союзе и взаимопомощи между нами, а затем в ходе переговоров выдвинула требования вывести наши войска из Монгольской Народной Республики, прекратить сотрудничество с Вьетнамом, а также в одностороннем порядке сократить наши вооруженные силы в районах, прилегающих к нашей границе с Китаем.

Мне довелось трижды быть свидетелем и участником советско-китайских консультаций и переговоров: в 1964 г. и 1969-1970 гг. в Пекине, а в 1979 г. в Москве.

Каждый раз обе стороны были вынуждены своими национальными интересами и самим ходом и состоянием развития двусторонних отношений идти на такие встречи и обмениваться мнениями. С точки зрения советской стороны это всегда было обсуждение, в частности, пограничных вопросов, а для представителей КНР - проблема границы и территорий.