
Такой вариант представляется мне уместным и потому, что мне, автору, действительно необходимо кое-что читателю хотя бы кратко пояснить. Скажем, пояснить то, почему была написана эта книга и почему она написалась так, а не иначе.
Порой задумываешь одно, а получается иное… И дело тут не в неспособности справиться с материалом, а в самом материале… Когда начинаешь рассматривать его внимательно, детально, то вдруг открывается такая объемная и непривычная картина давно знакомых — казалось бы — исторических событий и ситуаций, что проскочить «галопом по европам» (впрочем, в данном случае — по «азиям» и «америкам») уже невозможно.
Невозможно — если уважаешь себя и своего читателя, с которым хочется поделиться всем интересным и важным, что открылось тебе самому…
Вот так и возникло это повествование о тихоокеанском аспекте мировой и российской истории.
И автор сразу хочет предупредить читателя, что не намерен «выстраивать» некую интригу повествования, однако она выстроится сама собой — на просторах Восточной Сибири и на тихоокеанских островах, под парусами экспедиций англосакса Джеймса Кука и русских Крузенштерна с Лисянским.
Эту интригу двигали планы основателей Русской Америки и американских политиканов, тайны лондонского и петербургского дворов и «русские» займы европейских банкиров, «японские» приключения адмирала Головнина и драма императора Александра Первого.
Русские передовщики и кормщики, уходившие на Алеуты, и декабрист Завалишин, капитан Сарычев и капитан Гагемейстер, Екатерина Великая и ее сын Павел Первый, купцы Шелихов, Кусков и революционер Франсиско де Миранда, камергер Резанов и легенда Русской Америки правитель Баранов — это лишь часть тех фигур и судеб, о которых сказано в книге. Великое движение русских к Тихому океану и его логичный результат — Русская Америка, были преданы высшей знатью Российской империи. Вместо «внутреннего» Берингова пролива и моря с обоими русскими берегами, вместо русской Калифорнии и вполне возможных русских Гавайских островов Россия лишь теряла свои восточные перспективы…
