– Мы видели этого человека, ходящим по морю!

Шли озорные девицы по Красной площади, увидели Василия Блаженного, стали смеяться над наготой его, и только одна умненькая укорила подруг. Василий погрозил пальцем и сказал:

– Не все надо замечать, что глаза видят. Бегите отсюда, пока темнота не настигла. Бог за меня заступник, он вам глаза бесстыжие прикроет.

Глупые девушки только посмеялись в ответ на такие слова. И тут же словно сама ночь на них упала: только что белый день был, а вот уже и не видят они ничего, толкаются, спотыкаются, друг с дружкой сталкиваются. Не сразу поняли, что ослепли. А когда поняли, в плач ударились. Умненькая их подружка, уговаривавшая подруг не смеяться над юродивым, осталась при зрении, она быстро сообразила, что Сам Господь наказал ее подружек за глупые насмешки над благочестивым юродивым.

Сердобольная девушка подхватила подружек под ручки, бросилась перед Василием в пыль, стала просить его о прощении для подружек своих несмышленых. И подружки с горьким плачем вторили ей, божились, что не со зла их насмешки были, по неразумению и по глупости. Пожалел их юродивый, вымолил у Господа прощение несмышленым девушкам, дунул им в глаза, вернулось к ним зрение.

Остановила однажды юродивого крепко подвыпившая компания купчиков-молодчиков, стали над юродивым потешаться, задирать его.

– Давай подружимся, Вася, – куражился самый задиристый, – ты мне будешь будущее предсказывать, расскажешь, какие меня дела завтра ожидают…

– Мне с тобой дружиться нельзя, – покачал головой юродивый, – в тебе черный черт сидит, он тебе друг. А о завтрашнем дне твои хлопоты пустые: не будет у тебя завтрашнего дня, твоему черному черту навстречу другие черные черти верхом скачут.