Путин поднялся, давая понять, что разговор окончен. Но когда Платонов уже направился в сторону дверей, президент его остановил:
-- Вадим Николаевич, задержитесь на минутку. Сядьте.
Когда они остались одни, Путин, глядя своими голубыми глазами куда-то в пространство, изрек:
-- Мы сейчас здесь одни: я -- президент страны и вы -- глава антитеррористического Центра...С нас особый спрос. Скажите, положа руку на сердце, неужели у нас не хватает воли и сил задавить сволочей?
Платонов не из тех, кто торопится. Хотел подняться, но широкая ладонь президента легла ему на плечо.
-- И воля есть, и силы немалые, но тут действует эффект спартанцев, -сказал Платонов. -- Не будем скрывать, мы для чеченцев -- захватчики...
-- Я понял вас, но давайте исходить из другой ситуации...Спартанцы никому не отрезали головы, не похищали даже своих врагов и уж тем более не взрывали жилища мирных жителей, не убивали женщин и детей...Есть разница?
-- Безусловно! Но у сепаратистов другая психология, совсем другая...
-- Хорошо, согласен, но что делать? Мы же с вами не психотерапевты...Впрочем, может быть, как раз этого нам и не хватает. Наши СМИ на каждом углу должны кричать: войну ведет не Россия, войну ведут против России. И это надо донести до сознания каждой чеченской матери, каждой сестры и жены, чтобы они остановили своих воюющих мужиков. -- Путин сделал паузу и обратился к собеседнику: --Карта Чечни у вас с собой?
-- Так точно...-- Платонов из стоящего у ножки стула кейса достал вчетверо сложенную крупномасштабную карту. Разложил на столе.
-- Покажите мне, где по-вашему, находится логово этого Барса и его карателей?
Взяв со стола шариковую ручку, Платонов, как-то по-ученически повел ею вдоль зеленых обводов границы республики.
-- По разведданным...а это сводная информация, полученная от военной разведки, федеральной контрразведки и ФСБ, Барс со свои штабом прячется где-то здесь, на юго-востоке республики, в двенадцати километрах от грузинской границы. Недалеко от Панкийского ущелья. У нас это место закодировано, как "красный квадрат"...