"Царское осуждение бессудно, не судима воля царская". "Царь судит, как Бог на сердце ему положит". "Правда Божия, а суд царев". "Суд царев - суд Божий". И понятно, что носитель божественных предначертаний, существо особо близкое к небу, не может не быть страшным и грозным. "Царь - не огонь, а ходя близ него, опалишься". "Близ царя - близ смерти". Такой царь есть носитель божественного гнева и божественной милости. "Карать да миловать - Богу и царю". "Царев гнев - посол смерти". "Нет больше милосердия, как в сердце царевом". Поэтому царь есть "батюшка", спаситель и хранитель.

"Царь щедр - отец есть всем". "Без царя - народ сирота". "Без царя земля вдова" (или Русь вдова). "Богом да царем Русь крепка".

Пословица есть "готовая формула нравственного поведения" первобытных народов, мысль которых усматривает критерий истины не в согласии с разумом, а в исконности, в ореоле нерушимого предания, завещанного от предков. "Пословица не даром молвится" - и не даром русский народ в пословицах своих обоготворил монархию.

Монархия иосифлянского стиля стала его подлинным, "народным" делом - и последним, может быть, самым убедительным доказательством этого являются знаменательные события русской истории, носящие имя раскола. С точки зрения истории политических идей раскол представляется явлением, совершенно исключительным по самобытности тех процессов, которые обнаружились вместе с его постепенным развитием. Раскол не был "протестантским", "реформаторским" движением - напротив, он истекал из глубин московского бытового консерватизма. Раскол мог родиться только в атмосфере иосифлянского государства, поставившего своей главной целью защиту правоверия. Проблема раскола, в сущности говоря, задана была самим Иосифом Волоколамским, и то, что совершилось, было позднейшим историческим выполнением этого задания. Не без основания раскольники считали Иосифа "своим" и высоко чтили14. В сочинениях Иосифа был ясно поставлен вопрос о том, как должно относиться к правительству, если оно перестало стоять на страже истинной веры. Без колебаний Иосиф утверждал, что истинный православный не обязан признавать такое правительство и ему повиноваться15. Так и стали поступать раскольники в тот момент, когда, по их мнению, государство перестало быть хранителем правоверия.