И для князя-язычника стало большим сюрпризом влияние сына. Брат Ольги заявил ему, что боги против предлагаемого брака и предложил проверить это. И когда жрецы Мары — Моряны не посмели подчиниться князю, и, не раздумывая, признали правоту мальчишки — это было сюрпризом. А слова той, кого он считал верховной служительницей — «Богиня выбрала твоего сына» стали шоком. Позже был гнев, были попытки переубедить сына, были попытки склонить на свою сторону других служителей; но все было безуспешно.

Напрямую пойти против воли богини он не решился. Пришлось изыскать иной вариант — договориться о будущем браке Игоря Игоревича с Софьей Юрьевной. При заключении этой договоренности Юрий показал свое отношение к вопросам веры, согласившись на проведение брака не по христианскому обряду.

Союз Москвы, Новгорода и Белозерска уравновешивал Тверь и не давал той возможности разгромить ни одного из своих противников. Остальные княжества оказывали Твери слишком слабую поддержку (скорее моральную, чем реальную). Русь примирялась только для отражения внешних (на этот момент — литовских) угроз.

Ситуация изменилась только в 1307 году.

Зима 1306–1307 годов в Орде была страшной. Период гололеда затянулся на всю зиму и привел к огромному падежу овец. В результате уже весной в степи начался голод.

Согласно официальной версии Тохте и его нойонам не понравилось поведение генуэзских купцов во время этого голода (скупка в рабство детей). Наверняка были и иные, чисто экономические, причины… Орда пошла войной на Кафу. С Руси были затребованы вспомогательные контингенты. Князья могли отказаться, почти все и отказались. Все, кроме Игоря Белозерского. Он тратил на подарки в Орде суммы намного (на порядки) меньшие, чем любой другой князь, и за это приходилось платить. Пропустить ордынскую войну он не мог. Белозерские дружины пошли на юг.