Во время медитации «Я», или Эго, как его определяет западная психология, попадает в затруднительное положение, потому что оно встречается со вторичными процессами, которые не в ладу с первичными, с каковыми оно до сих пор отождествлялось. К примеру, скажем, сначала Эго идентифицировало себя в качестве приятного человека. Теперь, в своем вторичном процессе, т. е. в снах, видениях, проекциях и т. д. оно обнаруживает мерзкие фигуры, что приводит к конфликту. Этот конфликт создает напряжение и постоянные метания «Я», попеременно отождествляющего себя то с первичным процессом, то со вторичными.

К великой досаде окружающих, которые когда-то считали вас предсказуемым и милым человеком, по мере того как вы растете и изменяетесь, вы временами «переключаетесь», превращаясь в довольно противную личность. Посредством естественных процессов, с помощью психотерапии или благодаря медитации Эго, которое сначала было одним процессом, а потом другим, отрешается от них обоих и становится "беспристрастным свидетелем", или метаком-муникатором, и нейтрально наблюдает за обеими частями самого себя.

Классический терапевт говорит с метакоммуникатором, не идентифицируя его в качестве такового, когда дает интерпретации других частей. Фактически вербальные терапии зависят от метакомму-никатора. Вот почему большинство западных школ психологии стремятся строить и укреплять Эго, первичный процесс; оно должно вырасти до того уровня, когда оно сможет наблюдать себя и вторичные процессы.

Восточные учения подходят к решению этой задачи с другой стороны. Посредством медитации эго ослабляет свою привязанность к первичному процессу, в конце концов трансформируясь в мета-коммуникатора. Теоретические различия между двумя этими школами объясняются тем, что Восток подчеркивает преходящую природу всех вещей, а Запад сосредоточивается на важности этого мира.