- Так скажи этим, в форме, что они ничего не получат и не возьмут.

Они совещаются.

- Вы извините, - говорю директорше, - но нам лучше из школы уйти. Пошли, Хонди.

- Толя, отдай лучше ружье, они вернут его тебе потом - стонет сзади директорша.

Перед выходом из школы стояли милиционеры. Хитрые мужики оторвались от них на метров двадцать назад и, стоя перед избой, покуривали самосад.

- Хонди, взять.

Собачка от крыльца сделала толчок и вцепилась в руку капитана с пистолетом. Оба они покатились по земле. Я мгновенно вскинул ружье и сделал два выстрела, по двум молодым милиционерам. Их фуражки сорвало с головы и унесло к ногам изумленных мужиков. Успеваю перезарядить свою двустволку.

- Хонди, отпусти его.

Собака неохотно отпускает руку капитана, он пошатываясь встает, кровь течет по его пальцам. Остальные два милиционера, стоят открыв рот.

- Что ты сделал, сопляк? - стонет капитан.

- У меня ружье может взять только бог. Идем собачка, ты хорошо поработала.

Мы опять пошли в лес.

Дома молча выслушали и уже отец сказал.

- И правильно сделал. Сдашь все в следующий раз.

- Может ты пойдешь с ним? - спросила мать.

- Зачем. Он парень взрослый, сам понимает, что к чему.

Мой папа воспитывал меня самостоятельным человеком.

Но гости к нам приехали на телеге через три дня, после моего посещения школы.. Меня как раз не было, я обходил западный участок заповедника и только вечером появился домой. В светелке сидела знакомая женщина из школы и немолодой гражданский.

- Здравствуй, Толя, - уважительно сказал неизвестный.

- Здравствуйте.

- Вот, Толя, следователь пришел к нам, по поводу безобразий, которые ты учинил в деревне, - сказал отец.

- Я их не начинал.

- Толя не врет, я знаю, - подтверждает отец.