В ее сиянии видны раскормленные, с жирными подбородками головы любителей пива, молодые женские лица и прелестные мордашки детей с вытаращенными от любопытства глазами. На всех лицах застыло одно и то же, столь свойственное посетителям цирка, выражение любопытства и глупого довольства. Среди шума разговоров, прерываемых возгласами: "Frisch, Wasser! Frisch Bier!"* - чувствуется, что все с нетерпением ждут начала. Наконец, раздается звонок, появляются шесть конюхов в блестящих ботфортах и выстраиваются двумя шеренгами от выхода из конюшен на арену. Сквозь их ряды на арену вылетает разгоряченный конь без седла и узды, а на нем - легким облаком из муслина, лент и тюля - танцовщица Лина. Начинается бешеная скачка под звуки музыки. Лина так прекрасна, что обеспокоенная ее видом молоденькая дочь пивовара с Опунция-гассе, Матильда, склоняясь к уху молодого Флосса с этой же улицы, тихонько спрашивает его, любит ли он еще ее. Между тем конь скачет, дыша как локомотив, щелкают бичи, несколько выбежавших на арену вслед за танцовщицей клоунов визжат и отпускают друг другу пощечины, сверкающей молнией мелькает танцовщица. Гремят аплодисменты. Что за великолепное представление! Но первый номер быстро кончается. Наступает второй. Слово "сахем! сахем передается из уст в уста. Никто уже не обращает внимания на клоунов, продолжающих награждать друг друга пощечинами. В это время конюхи вносят деревянные козлы свыше десяти футов высотой и ставят их по обеим сторонам арены. Оркестр перестает играть "Янки-Дудль", раздается мрачная ария командора из "Дон-Жуана". Между козлами натягивают проволоку. Внезапно со стороны входа взлетает сноп красных бенгальских огней и заливает арену кровавым светом. Сейчас в его сиянии появится грозный сахем, последний из племени Черных Змей. Но что это? Выходит не сахем, но сам директор труппы, достопочтенный мистер Дин. С низким поклоном обращается он к публике и просит "великодушных и уважаемых джентльменов, а также прекрасных и не менее уважаемых леди вести себя с чрезвычайным спокойствием, не аплодировать и сохранять полную тишину, "так как вождь находится сегодня в крайне раздраженном состоянии и более обыкновенного дик и злобен".