Легко заметить, что перед нами классическая программа неолиберальной реформы. Эта программа значительно менее радикальна, чем программа Маргарет Тэтчер в Великобритании второй половины 80-х, но вполне укладывается в концепцию первого этапа неолиберальной реформы, проводившейся теми же британскими Тори в 1979-83 годах. Она также весьма близка программе немецких христианских демократов, хотя безусловно является более последовательно правой, чем у итальянских христианских демократов 80-х годов. Ключевым моментом здесь является именно признание идеологическо-теоретических посылок неолиберализма относительно неразрывной связи между экономическим ростом, с одной стороны, и свободным рынком, сдерживанием инфляции, низкими налогами и сокращением государственного сектора, с другой стороны, отождествление интересов среднего класса с интересами «населения» (при явном отказе от ориентации на рабочий класс), и, наконец, представление о том, что защита социальной справедливости, даже если таковая морально оправданна, является фактором, сдерживающим экономический «прогресс».

Анализируя деятельность правительства левого центра, Яхимович признает, что программа «корректировки» социального государства является фактически программой его ликвидации12. Заявления о повышении эффективности в качестве цели реформы являются не более чем пропагандой, поскольку еще не очевидно, что новая система будет эффективнее старой. Если бы эффективность была действительной целью, правительство должно было бы обещать, что оно вернется к старой системе в том случае, если показатели новой будут хуже (а такое в европейских странах уже получалось неоднократно в ходе неолиберальных реформ). Таких обязательств, однако, ни одно неолиберальное правительство и ни одна партия «нового реализма» не давала и дать не могут.