— Ни один капитан, находящийся в здравом уме, это верно. Но какой здравомыслящий человек может покинуть неповрежденное судно и спустить на воду шлюпки в самый разгар тропического урагана при скорости ветра шестьдесят пять узлов, не подав при этом сигнала бедствия?

— Да, это и в самом деле загадка, — согласился Корвольд.

— И к тому же следует принять во внимание его груз, — продолжал Стин. — Положение ватерлинии говорит о том, что судно полностью загружено. Судя по его размерам, оно может перевозить свыше семи тысяч автомобилей.

Корвольд проницательно посмотрел на Стина.

— Вы думаете о вознаграждении за спасение судна и груза, мистер Стин?

— Да, сэр, я об этом думаю. Оно полностью покинуто со всем его грузом на борту, и мы можем привести его в порт; тогда наше требование о вознаграждении может составить половину стоимости судна и его груза или даже больше. Компания и экипаж смогут поделить между собой пятьсот или шестьсот миллионов крон.

Корвольд обдумывал эти слова несколько минут. Мучительная, искушающая мысль о возможности внезапно разбогатеть боролась в нем с глубоким, суеверным предчувствием беды. Алчность победила.

— Собери свою шлюпочную команду и возьми с собой помощника механика. Поскольку из трубы идет дым. двигатели, должно быть, в работоспособном состоянии. — Он немного помолчал. — Но я бы все же подождал, пока море чуть успокоится.

— Нет времени ждать, — просто объявил о своем решении Стин. — Если крен увеличится еще на десять градусов, мы можем опоздать. Лучше действовать быстро.

Капитан Корвольд вздохнул. Он действовал вопреки тому, что сам считал наиболее разумным, но ему тоже пришло в голову, что теперь, когда ситуация, в которой оказалась «Божественная звезда», стала известна всем, каждый спасательный буксир в радиусе тысячи миль отсюда на полной скорости устремится к терпящему бедствие судну, как все грузовики с лебедками съезжаются к месту аварии на шоссе.