– Матрена, да угомонись ты! – Мужик сморщился, словно от зубной боли. – Перед людями стыдно, они из-за тебя дом покупать не захочут, скажут – зачем нам рядом с чокнутой жить.

– Ну что вы, – мягко улыбнулся Олег, пряча в уголках глаз смешинку. – Это даже забавно – Змей Горыныч! Прямо как в детство вернулся.

– И ниче не забавно! – топнула ногой бабулька. – А та машина пустая на берегу озера? В которой, как мне потом наш участковый сказывал, две девушки позагорать приехали? Москвички, студентки, из хороших семей. И – нету девчат. Только одежка ихняя на берегу. Куда делися? А?!

– Да утопли они! – Продавец закатил глаза к небу и нетерпеливо кашлянул: – Ну так че, дом покупать будете? А то мне недосуг тут старушечьи байки слушать.

– Утопли?! – перешла на фальцет Матрена. – Старушечьи байки?! Да вы пойдите у участкового нашенского спросите, у Михал Семеныча! Отец одной из девушек большой шишкой в Москве оказался, он сюда толпу водолазов нагнал, все дно прочесали, до последнего камушка – нетути! Не нашли там девчаточек. А потому и не нашли, что их Змей Горыныч в свое подземелье утащил и глумится сейчас над ними, над бедняжечками! А может, уже и нет их в живых, ведь, почитай, больше трех месяцев прошло!

– Все понятно, – вежливо улыбнулся Максим. – Спасибо вам большое, Матрена Ивановна, за информацию. Подскажите, как нам вашего участкового найти?

– Семеныча-то? Дак навроде в райцентр уехал с утра на своей тарахтелке. Хотя, может, и вернулся уже, я не знаю.

– На какой тарахтелке? – уточнила я (после всех этих разговоров о Змее Горыныче мне почему-то представилось, что участковый в таком сказочном месте – замок, Змей Горыныч – должен передвигаться либо на печи, либо на метле с гидроусилителем руля).