Нацепив на лицо первую попавшуюся улыбку (надеюсь, не из арсенала довольной лошади), я судорожно заметалась по сознанию в поисках кнопки «ВКЛ». Ага, вот, нашла.

– ...без предупреждения, – ох, и голос тот же – бархатный, низкий. Простудился бы, что ли, осип или охрип, хоть какое-то послабление для моей нервной системы. А Мартин, с сомнением поглядывая на меня (улыбка моя, похоже, получилась слегка олигофренической), продолжил свой спич, обращенный, как оказалось, к моим родителям: – Я собирался прислать эти цветы посыльным, но ваш сын уговорил меня поздравить Варю лично. Тем более что я очень многим обязан вашей дочери. Вы не смущайтесь, я сейчас уеду, вот только вручу цветы.

– Господи, ну что вы за ерунду говорите, Мартин Игоревич! – всплеснула руками мама.

– Просто Мартин, если можно.

– Мартин, голубчик, мы вам очень рады! – Мамуся не умеет притворяться, все ее чувства и эмоции обычно ласково жмурятся на лице и в глазах, и сейчас было видно, что она действительно рада гостю. – Мы бы лично пригласили вас, но и подумать не могли, что вас заинтересует столь скромный праздник. Домик у нас сами видите какой, с удобствами во дворе, еда и напитки тоже самые обычные, домашние...

– Вот именно, домашние, – улыбнулся Мартин. – Я уже сто лет не был на обычном домашнем празднике, без пафоса, без смокингов, вечерних платьев и бриллиантов, без вызывающих оскомину французских вин, которые принято пить на подобных мероприятиях, без устриц и фуа-гра, и, самое главное, без фальшивых улыбок и речей...

– Вот именно с такой скукотищи я и умыкнул Мартина, – встрял Олег. – Между прочим, с его собственного дня рождения, вот.

– Как? – Брови папы Коли изумленно подпрыгнули. – У вас тоже сегодня день рождения?

– Да, вот такое интересное совпадение, – усмехнулся Мартин и повернулся наконец ко мне: – Прошу прощения, Варя, что не поздравил сразу. Это вам, – он протянул мне упакованное в целлофан чудо. – С днем рождения!