– Всего хорошего, – усмехнулась я и направилась в зал, туда, где пузырилась основная толпа.

Настроение резко улучшилось. Хотелось пузыриться вместе с остальными, только большинство раздувалось от пафоса, а я – от радости.

Потому что я видела – Мартин впечатлен. Чем именно – не знаю, в его холодных глазах лишь на мгновение мелькнула растерянность, но и этого достаточно.

А то, что он меня не узнал – просто здорово. Почему? Если честно, не знаю. Просто чувствую – так гораздо лучше для нас обоих.

Прежде чем смешаться с толпой собравшихся, я еще раз оглянулась. Мартин смотрел мне вслед, не произнося ни слова, а рядом бесновалась, брызжа во все стороны слюной, его спутница.

Гадкая я все же баба!

Так, а теперь надо заняться собственно делом, ради которого меня сюда позвали. Где тут наши голубки?

Взяв с подноса бокал с безалкогольным «Мохито», я медленно пошла вокруг зала, разыскивая Карину и Гизмо. Что-то не видно нигде, странно.

А, вон они. Вошли через боковые двери, причем, судя по раскрасневшейся мордени спутника и слегка растрепанной прическе девушки, время они провели вовсе не у клумбы с цветами. Вернее, вполне возможно, что и у клумбы. Или в туалете. Или в подсобке какой-нибудь. Да мало ли местечек для собачьих свадеб!

Гизмо взял себе бокал вина, даже не озаботившись предложить его своей спутнице, весело заговорил с кем-то из гостей, отошел с ними, совершенно не обращая внимания на свою даму. Словно забыл о ней.

Впрочем, почему «словно»? Похоже, парень действительно забыл о Карине, получив пока то, что ему требовалось. Захочется снова – вспомнит, найдет.

Но самое интересное, что мадемуазель Сиволапова-Эшли, судя по всему, совсем не обиделась на душку Гизмо. Она достала зеркальце, поправила прическу, подкрасила губки, цапнула с проносимого мимо подноса бокал шампанского и вытащила из сумочки мобильник.

Почему-то мне кажется, что я знаю, кому она звонит. Завозившийся в моем клатче телефон подтвердил догадку.