Стою на крайчике тротуара под тополем, неловко, все-таки на народе. Почему бы не в городском саду? В тихой аллейке, как всегда. И тут же думаю: подойдет Ольга ко мне, возьмет цветы, вот тогда пусть люди оглядываются. Пусть позавидуют. Такая красота. В цветах. И в ней. Напротив дом двухэтажный с балконом, на втором этаже музыка веселая. Патефон. На балкон дверь распахнута. Тюлевые занавесочки. И смех беспрестанный. Праздничный день! А у меня внутри все дрожит, не меньше часа стою да взад-вперед прохаживаюсь. Ведь точные минуты даже были назначены! с тоской вырвалось у него. - Кувшинки от горячих рук никнуть начинают уже... И тут подходит ко мне девчонка, нарядная, завитая, зубки скалит, потрогала цветы: "Молодой человек, подарите". Не жалко. Но ведь для чего же я за ними ходил, для чего здесь стою? Понимаешь, символ эти цветы. Не могу я кому попало раздаривать. А она как цыганка пристала, клянчит и клянчит, понимаешь, в знакомые набивается. Не дал я.

Только она отошла, с другой стороны подходит вторая. Тоже нарядная, с такой же самой улыбочкой: "Молодой человек, подарите цветочек". Сговорились? И от этой отделаться никак не могу, за мной следом ходит. Думаю, а если сейчас Ольга появится? Как все это поймет? Комедия какая-то. Противно! Ушла и эта девчонка все-таки. Третья! И с тем же вопросом. Смешно ведь, Андрей? Ух, как смешно, если со стороны посмотреть! Сам бы я тоже, наверно, задохнулся от смеха. А когда я со светлым чувством пришел, стою, ожидаю... ну судьбу я свою ожидаю!.. Какой же мне смех?

Он застало отмахнул волосы со лба. Сцепил пальцы так, что они хрустнули. Андрей боялся его перебить. Мирону тяжело, в своем рассказе он приближается к чему-то очень серьезному.

- А за третьей четвертая. Пятая... И тут уже твердо понял я: разыгрывают. Пятой подошла как раз та самая, что подходила первой. А я, наверно, часа два в душевной муке терзаюсь, Ольги все нет и нет. И хотя дразнят меня эти девчонки, как мне уйти? Разве я знаю, почему она задержалась? Мысли на расстоянии.