Предваряя рассказ об избиении татарского посольства в Нижнем Новгороде, летописец пометил: «Князю великому Дмитрею Московскому бышет розмирие с тотары и с Мамаем». Итак, Дмитрий Иванович порвал мир с Ордой и прекратил платить дань Мамаю. Нижегородские князья несли ответственность за избиение посольства Мамая. В таких условиях представляется невероятным, чтобы съезд князей в Переяславле мог уклониться от обсуждения вопроса о совместной обороне против татар. Однако следует иметь в виду, что съезд не принял мер на случай немедленной войны с Ордой. Мамаев посол Сары-Ака и его уцелевшие люди (дружина) остались в Нижнем Новгороде. Им разрешили жить на одном подворье и иметь при себе оружие. Лишь через четыре месяца после съезда решено было ввести более жесткие меры в отношении посла. Решение это, как значится в летописи, исходило от сына нижегородского князя Василия Дмитриевича. В отсутствие отца и братьев, уехавших на новый княжеский «съезд», Василий Дмитриевич приказал своим воинам «разно развести», то есть разъединить посла и его дружину. Татары не подчинились княжескому приказу. Более того, они «взбежали» на соседний двор и захватили там местного епископа. Князь не приказывал убивать посла. Он не желал войны с Золотой Ордой. Но с пленением епископа положение в городе вышло из-под его контроля. Нижегородцы попытались выручить владыку. Татары осыпали их градом стрел. Появились убитые и раненые. На подворье начался пожар. Столкновение закончилось тем, что Сары-Ака и члены его свиты были перебиты все до одного. Шансы на мирный исход конфликта с Ордой еще больше сократились…

Межкняжеские съезды, собравшиеся на Руси в ноябре 1374 года, а затем в марте следующего года, стали крупной вехой в истории своего времени. Церковь немало помогла прекращению междоусобиц и объединению сил. Киприану удалось на время примирить Алексея с православными князьями в Литве, ранее отлученными им от церкви. Как свидетельствовал патриарший Синод, эти князья охотно приняли советы патриарха и «немедленно отправили его послов (Киприана с товарищами. — Р.С.) к митрополиту (в Москву. — Р.С.), обещая прекратить прежние соблазны и все происходившие между ними распри и раздоры, держаться его как своего митрополита».