В конце 1565 года Мария Стюарт подружилась со смуглым молодым пьемонтцем, Давидом Риччо, который прибыл в Шотландию в составе свиты, сопровождавшей савойского посланника маркиза де Морета во время его визита в эту страну. Риччо было двадцать восемь лет, у него были большие зеленые глаза, что привлекло к нему внимание королевы — поклонницы мужской красоты. Он владел искусством поэзии и музыки, играл на лютне и слагал стихи, и еще он был священником и одним из самых деятельных агентов созданного незадолго перед этим Священного Альянса.

Мария Стюарт попросила савойского посланника одолжить ей юного Риччо, дабы он ее развлекал. Постепенно пьемонтец возвышался все больше и больше. За несколько дней он превратился из простого певца в «камергера» королевы с жалованьем семьдесят пять ливров в год. Благодаря своей должности и приближенности к королеве Риччо получает прямой доступ к ее самым секретным бумагам.

Королева находит в пьемонтце то, чего ей недостает в ее муже, Генри Дарнлее. Риччо обладает ясностью мысли и артистической культурой. Он владеет латынью, с легкостью говорит по-французски и по-итальянски, свободно изъясняется по-английски. Но хотя он и пользуется королевской милостью, шпион по-прежнему ест за столом прислуги. Возможность изменить ситуацию представляется ему, когда королева удаляет своего личного секретаря Раулета, до тех пор пользовавшегося наибольшим доверием Марии Стюарт. Мария прогнала его, когда узнала, что он игнорировал постоянные жалобы нескольких знатных шотландцев на подкупы со стороны англичан.

Уолсингем, глава английских шпионов, тратил большую часть имеющихся в его распоряжении средств Короны на подкуп тех, кого можно было превратить в агентов, внедренных при шотландском дворе. Но теперь кабинет Раулета занимал Давид Риччо, который, несмотря на то что был верным защитником Контрреформации и сообщал папе Пию V о любом движении при английском и шотландском дворах, был предан душой и телом служению королеве Марии.