Что касается С. Н. Сергеева-Ценского, то из-под его пера выплеснулась горькая правда. Она-то и показалась кое-кому, и прежде всего ревнителям классовой чистоты в литературе - лидерам Российской ассоциации пролетарских писателей (вспомним еще раз слова А. Толстого о деятельности РАППа), тенденциозным сгущением красок и даже клеветой на действительность. Так, например, словно в споре с Горьким и его оценкой романа "Преображение" ("Валя") утверждалось:

"Советский период творчества Сергеева-Ценского знаменуется его отходом на правый фланг литературы. Этот период начинается романом "Преображение", перегруженным полумистическим психологизмом с углублением в подсознательную сферу человека. Новые произведения Сергеева-Ценского, по общему мнению критики, отмечены непониманием подлинной сущности Октябрьской революции и имеют тенденциозный и по существу реакционный характер..."*. Да что говорить о Ценском, если "неистовые ревнители" рапповцы и Горького именовали издевательским выражением "Бывший Главсокол, ныне Центроуж"!..**

_______________

* Современные русские писатели. Под ред. Инн. Оксенова. - Л.,

1930, с. 195.

** "На посту", 1923, № 1, с. 86 - 90.

Попав под жестокий огонь несправедливой критики, Сергеев-Ценский на какое-то время обращается к "чистой" историко-литературной тематике, пишет пьесы, повести, романы о Пушкине, Гоголе, Лермонтове. Наиболее заметен среди них роман 1933 года "Мишель Лермонтов". Трудный и тернистый путь к современности был, однако, проделан: с конца 20-х годов писатель отображает социальную новь, трудовой подъем народных масс, обличает мещанство, поднимает проблемы воспитания детей и молодежи (рассказы "Живая вода", "Устный счет", "Воронята", повести "Счастливица", "Маяк в тумане", очерк "Харьковский тракторный" и т. д.).