Были сказаны все положенные слова, дорогущий полированный гроб ушел в землю, лопаты могильщиков быстро заполнили яму. Насыщенная водой земля мерзко чавкала. Вдова Папы плакала на груди сына. Грант Витальевич гладил мать по голове, но думал уже о другом. Уже завтра, думал он, те, кто пришел проводить сегодня отца, начнут рвать его наследство на куски.
Первыми, предупредил отец в предсмертном письме, будут, скорее всего, Лорд и Соловей. «Если, сын, ты не чувствуешь в себе силы, – отступи. Если решишь бороться – иди до конца, крови не бойся. Или – или. Третьего не дано».
Процедура закончилась, над толпой начали раскрываться зонтики… По свежему холмику с временным крестом хлестал дождь, люди потянулись к выходу. Вскоре кавалькада машин выехала со стоянки кладбища. РУБОПовский оператор свернул свою технику.
Глава вторая
КАФЕ «ИНТРИГА»
Грант оказался прав: уже на следующий день начались предъявы. Покойный Папа тоже оказался прав: первыми были Лорд и Соловей. Стрелку забили на завтра, первое августа.
Вечером Грант, которого за глаза уже прозвали Сынком, провел совещание со всеми, кто мог сказать свое слово по поводу предъяв. «Боевые соратники» Папы темнили, отводили глаза, и скоро Грант понял, что рассчитывать на них не стоит. Около полуночи он распустил «совещание». Четверо мужчин быстро покинули кабинет. За столом остался только Петруха.
– Что скажешь, Петруха? – хмуро спросил Грант.
– Они в тебя не верят, – ответил Петруха.
– Почему?
– Ты, Грант, для них никто. Ты – чужак. Им проще договориться с Лордом и с Соловьем… В Папу верили. Но, случалось, даже его предавали. А тебя предадут обязательно. Папа был в железном авторитете. Даже короновать его хотели, да он сам отказался. А ты для них, – Петруха кивнул лысой головой на дверь, за которой скрылись бригадиры, – барыга. Стюдент. В Америке в университетах учился – за тобой не пойдут.