Я позвал миссис Эриксон и сказал: «Бетти, сядь в это кресло». (Эриксон показывает.) Но пацинтка стала ее умолять: «Пожалуйста, миссис Эриксон, не садитесь в это кресло». Но миссис Эриксон направилась к креслу, и тогда пациентка буквально вцепилась в Бетти и не дала ей сесть. Я отпустил Бетти и повернулся к пациентке: «Лечение окончено. Счастливого полета в Даллас и обратно в Феникс. Позвоните мне из аэропорта и расскажите, как вам понравилось путешествие».

Когда она ушла, я попросил дочь сфотографировать кресло с передержкой, недодержкой и нормально. Каждый снимок я положил в отдельный конверт. На передержанном снимке я написал: «Место вечного упокоения ваших фобий, страхов, тревог и терзающих бесов, медленно опускающихся в забвение вечного мрака». На недодержанной фотографии я сделал надпись: «Место вечного упокоения ваших страхов, полностью растворившихся в космическом пространстве». А на третьей, нормальной, написал: «Место вечного упокоения ваших фобий, страхов и тревог».

Все три конверта я отправил моей пациентке. Она получила их в среду утром. В субботу раздался звонок и восторженным голосом она сообщила: «Это было великолепно. Просто чудо какое-то. Самое прекрасное путешествие в жизни!» «Не согласитесь ли вы, – попросил я, – рассказать ваш случай четырем моим студентам, которых я готовлю к докторской диссертации по философии?» «Конечно», – ответила она. Я попросил ее прийти к восьми утра.

Ровно в восемь она пришла ко мне со своим мужем. Пройдя как можно дальше от кресла, она уселась в другом конце комнаты. Минут через пять подошли мои ученики, и один из них хотел было сесть в зеленое кресло, но моя пациентка воскликнула: «Ради Бога, не садитесь в это кресло!»

«Да я в нем не раз сидел, – возразил студент, – удобное кресло, почему бы и сейчас не сесть?» Но пациентка снова взмолилась: «Нет-нет, пожалуйста, ни в коем случае!» «Раз такое дело, посижу на полу, это для меня не впервой. Вас так устроит?» – ответил студент. «Да, я вам очень благодарна».