Глава труппы встал посреди циновки, раздвинув ноги и чуть согнув колени. Мускулистая женщина поставила ему на колено правую ногу и одним лёгким движением вскочила на плечи. По оклику мужчины девушка также взобралась на него, поставила ногу на его левое плечо, одной рукой ухватилась за руку женщины и вытянула свободные руку и ногу. Почти одновременно последовав её примеру, мальчик балансировал на правом плече мужчины. В то время как живая пирамида сохраняла неустойчивое равновесие, седобородый в выцветшей рубахе выбивал неистовую дробь на своём барабане. Толпа восторженно закричала.

Сейчас лица мальчика, женщины и девушки были не более чем в десяти локтях от Ма Жуна и Цзяо Тая. Последний восторженно зашептал:

— Смотри, какая у этой женщины роскошная фигура! И симпатичное, дружелюбное лицо!

— Я предпочитаю девушку! — со страстью отозвался Ма Жун.

— Слишком уж молода! А вот бабёнке около тридцати, как раз то, что надо. Знает, что к чему!

Барабан замолк; женщина и двое её детей спрыгнули с плеч Бао. Все четверо актёров грациозно поклонились, и девушка обошла зрителей, собирая медяки в деревянную миску. Ма Жун вытащил из рукава связку мелочи и кинул в сторону девушки. Она ловко подхватила монеты и вознаградила его улыбкой.

— Ты буквально швыряешься деньгами! — сухо заметил Цзяо Тай.

— Назовём это вкладом в многообещающее предприятие! — самодовольно ухмыляясь, парировал Ма Жун. — Что дальше?

Мальчишка стоял в центре тростниковой, циновки. Он заложил руки за спину и задрал подбородок. Когда седобородый начал бить в барабан, Бао оголил правую руку, схватил со стеллажа верхний меч и молниеносным движением глубоко вонзил его в грудь мальчика. Хлынула кровь; мальчик отпрянул, когда отец его вытащил меч. Из толпы донеслись крики ужаса.

— Я раньше уже видел этот фокус, — сказал Ма Жун. — Только Небу известно, как они это проделывают! Меч выглядит вполне настоящим. — Он отвернулся от окна и взял свою чашу.