Первое. Кто вы? Кто такие эти ваши, в большей степени, пацаны или глубокие старики, явившиеся на митинг, чтобы кто-то всерьез принимал их мнение по государственным вопросам? И потом, сколько вас собирается? Так ведь вы же еще и стремитесь собраться не в тесном помещении, а на огромных площадях, чтобы ваша жалкая кучка выглядела еще более жалкой. Неужели трудно понять, что при выходе на улицу в таком числе, можно продемонстрировать только одно – свою слабость. И при этом вызвать у свидетелей этакой демонстрации не желание присоединиться к демонстрантам, а чувство жалости к вам, такой жалости, которую вызывают калеки? Лимоновцы, те хоть хулиганский вид принимают, чтобы выглядеть не так унизительно, но итог-то все равно не намного лучше – демонстрация слабости есть демонстрация слабости.

Гитлер, для ясности понимания происходящего, толпу, массы, образно представлял себе в виде женщины, со всеми ее особенностями характера. Напомню, он писал в «Майн Кампф»: «Психика широких масс совершенно невосприимчива к слабому и половинчатому. Душевное восприятие женщины менее доступно аргументам абстрактного разума, чем не поддающимся определeнию инстинктивным стремлениям к дополняющей ее силе. Женщина гораздо охотнее покорится сильному, чем сама станет покорять себе слабого».

Если говорить не так поэтично, то люди примыкают к сильным - к большой толпе. Поскольку большая толпа в глазах людей это символ правоты («не могут же ошибаться все!»). И люди не склонны примыкать к слабым, малочисленным, поскольку в их глазах малочисленность является следствием неправоты («если все не хотят примыкать к этим людям, то почему я должен примкнуть, даже если они и говорят что-то, что кажется правильным, ведь я могу и ошибаться!»).