Я недаром сказал, что никаких ископаемых тут не было, и вообще не из чего деньги делать. И не только, сабли, топора не из чего сделать. А княжество московское богатеет, всех под «руку» свою берет. С чего бы это? С каких «золотых жил»? Неужто за пеньку? А хлебов тут на себя не соберешь. И совсем не странно, что в народе до сих пор сказания держатся, что чудь «под землю ушла». (См. упомянутую критику Демина и другие мои работы). Напомню, вместе с уграми, недаром они угро–финны. То есть средняя часть испарилась, остатки – за Уралом и в Венгрии.

Дальше я не буду писать об этом, читайте другие мои работы, в том числе и как Дмитрий Донской около Кулишек в будущей Москве «Куликовскую» битву имел за то, что наследование передал впервые своему сыну, изменив бандитское правило наследовать от «пахана к братку пахана». А «братки» с Дона прибежали справедливость восстанавливать, и потом 100 лет все пытались восстановить, но неудачно. (Я эту концепцию разовью в последующих работах, и у меня получится, что Дмитрий Донской на Куликовском поле воевал против хана угро–финнов). И никаких «монголо–татар», разумеется, не было. Просто от Хазарского каганата одни разбойники остались и переехали жить в Москву. Почитайте мою статью «Романовы», там еще понятней будет, как волжские разбойники отбили у донских разбойников их работорговый бизнес.

Кажется, надо узнать, что по этому поводу думает Кёстлер?

«Крушение». Чего?

А он вот что думает: «…что касается русско–хазарского противостояния в тот же период, к которому мы теперь обращаемся, то по этому поводу сопоставимые материалы отсутствуют; архивы Итиля, если таковые и существовали, утрачены, и чтобы разобраться в истории Хазарского каганата в последнее столетие его существования, нам придется снова довольствоваться разрозненными намеками, выуженными из сочинений арабских хронистов и географов».