Итак, с чего все началось? Наверное, как у многих, с жареного петуха, который уж больно сильно стал меня клевать. Когда я еще учился в школе, донимал меня гастрит. С гастритом, а потом и с холециститом, я несколько раз лежал в больнице. Из армии пришел с туберкулезом. При переливании крови получил желтуху, и долго еще лежал в инфекционном отделении, пока не поставили окончательный диагноз – хронический гепатит. Потом были язвы желудка и двенадцатиперстной кишки, желчекаменная болезнь, мочекаменная болезнь, воспаление щитовидки. Трудно стало глотать. Заболело сердце, стал носить с собой и капли, и пилюли сердечные. На хроническую ангину я уже и внимание перестал обращать. Но самым ощутимым клевком того жареного петуха была надвигающаяся слепота.

Врачи заставляли меня носить очки с четвертого класса. Но у непоседливого ребенка они то ломались, то терялись. И даже в армии надевал я их только на стрельбище. Постоянно носить очки стал уже после армии, в институте. Надо сказать, что, несмотря на болезни, я успешно закончил институт и стал преподавателем русского языка и литературы в школе.

Однажды у меня возникли неприятные ощущения в правом глазу, я стал видеть предметы неестественно изогнутыми. Обратился к офтальмологам. Фаина Николаевна Жвакина, ученица известного хирурга-офтальмолога В. П. Филатова, обнаружила отслоение сетчатки. Фаина Николаевна сразу же предупредила меня о сложности операции и опасности полной потери зрения. То есть мог перестать видеть и левый глаз. Тогда еще не было лазерных методик, и операцию мне делали под местным наркозом. Образно говоря, вывернув глаз, приваривали сетчатку «паяльником» с шариком на конце.

Мне тогда было 24 года – вся жизнь впереди. Решил я на всякий случай изучить азбуку Брайля. В одной палате со мной лежал слепой, который и стал моим учителем тактильного (пальцевого) чтения. Лежа на спине с повязкой на глазах (это было необходимо, чтобы сетчатка легла на глазное дно), 10 дней я терпеливо учился читать пальцами.