РАССЧИТАНО ПО ИСТОЧНИКАМ: Материалы XXVI съезда КПСС. М., 1981, с. 32; Материалы XXVII съезда КПСС. М., 1986, с. 268-270; Правда. 27.11.71; Правда. 30.10.76; Правда. 30.10.81.

Из этих (официальных!) данных видно, что невыполнение плановых заданий за десятилетие достигало 1/5 их величины, за пятилетку - почти 1/10. Если неверен был сам план (и вся сумма планов), то почему и кем он был составлен и принят? Почему никто не понёс наказания за подобные «провалы»? Видимо, потому, что плановое хозяйство не нужно было фактическим хозяевам производства

По всему этому видно, что развитие рыночных отношений в СССР в 1980-е годы привело экономику нашей страны на распутье; государственный капитализм исчерпал себя, дошел до своего предельного состояния и загнивания. Дальше должен был начаться переход к социализму, та социалистическая революция, про которую В.И.Ленин писал, что она еще впереди

Во-первых, общественная производительность труда с 50-х годов по своему уровню перестала приближаться к развитым капиталистическим странам. В 1938 г. в СССР, по сравнению с развитыми странами этот показатель составил 29 %, в 1950 г. 40 %, в 1960 г. 40%, в 1986 г. - тоже 41 %

Во-вторых, социологическое обследование, проведенное в 1990 г., показало: почти 70 % опрошенных руководителей предприятий хотели бы связать свою судьбу с капиталистическими производственными отношениями; в том числе 11 % из них «созрели» до того, чтобы «открыть собственное дело»

В-третьих, позиция коммунистов и беспартийных по вопросу о соотношении социализма и рынка. На вопрос: «Двигаясь к рынку, идет ли СССР к более полной реализации возможностей социализма?» - положительно ответили 66 % делегатов XXVIII съезда КПСС («краты» всех сфер), 49 % коммунистов не-делегатов (рядовые), а среди опрошенных беспартийных граждан ответили положительно только 32 %, не видя от рынка выгоды для трудящихся

Подрастающее поколение всё более проникалось не идеями трудолюбия и коллективизма, а духом праздности и наживы. По данным ИСИ АН СССР, на «отдых, веселье, развлеченье» как на ценность в 1977 г. было сориентировано 14,8 % обследованных московских школьников, а в 1987 г. - через десять лет - эта группа выросла до 46,9 %, т.е. в три раза; категорически отвергли труд как ценность 8,9 %