Борьба с «каянскими немцами» (так в старину называли жителей современной Финляндии по имени города Каяна) была неизменным спутником соловецкой истории вплоть до начала XVIII века. Как «украинный» и «порубежный» пункт, он вынужден был одновременно с покорением суровой природы отбивать атаки посягавших на Поморье внешних врагов, которые не давали покоя русским людям, мешали им мирно жить и трудиться здесь, хотели отнять у нашего государства выход в Студеное море.

Напряженное положение на границе заставило Соловецкий монастырь побеспокоиться прежде всего о своей личной безопасности. Помимо этого, монастырь должен был принять меры к защите Беломорского края, так как начавшаяся еще в середине XV века колонизация монастырем западного поморского берега к исходу следующего столетия в основном завершилась. Земли духовного хозяина охватывали Белое море с юга, севера и запада. Оставались Керетская волость да Шуя Корельская, но и эти места будут приобретены монастырем в течение первой трети XVII века. Политическое влияние Соловецкого монастыря в Поморье обусловливалось тем, что он находился в этом районе, тогда как его опасный конкурент — Кириллов монастырь — удален был от своих поморских владений, раскинувшихся по реке Умбе, на почтительное расстояние.

В XVI–XVIII вв. Соловецкий монастырь был политическим центром края, а его настоятель — большой силой на Европейском Севере России, способной возглавить оборону государственных и соловецких границ.

Владея Карельско-Мурманским прибрежьем, монастырь, естественно, вынужден был строить крепости, содержать гарнизоны в острогах всего Поморья и защищать свои материковые владения подобно собственнику в эксплуататорском обществе. Защита обширной северной окраины страны составляла поэтому важнейшую заботу и неотъемлемую обязанность духовного вельможи. «Вот почему, — пишет С. Ф. Платонов, — Соловецкому монастырю пришлось, кроме частновладельческих прав и обязанностей, принять на свой страх и кошт долю чисто правительственных функций».