На лицах всех недоумение. Маша улыбается.

- Кем же тогда вы работаете?- недоумевает Стас.- Вы военный?

- Он охламон. Так кажется ты его назвала, Машенька?

- Да Иван Васильевич. Он охламон.

Маша веселилась от души. Гости ничего не поняли.

- Что такое охламон?- робко спросила Вика.

- Это развлекатель гостей,- понес чушь я,- приезжает например Никита Сергеевич или часть правительства и обращаются ко мне: "Саша, развлеки нас. Надоело заниматься делами. Отдохнуть хотим".

- Во, во. Подтверждаю,- донесся голос генерала,- Этим он и занимается. Пол дня им мозги засоряет, а потом они в своих кабинетах такую чушь несут, что тошно становиться.

Гости поражены. Особенно Люда.

- Вы, что действительно с Никитой Сергеевичем встречаетесь?

- Раз в неделю.

- Интересно, что у них девочек, выпивки или охоты на кабанов нет, что бы занять свое время,- выступил Игорь,-а вот к вам, как вас там, охламону, приезжают на развлечение.

- У меня особый статус, развлечение на фоне иностранных делегаций. Например, не можете же вы лежать с девочкой в постели и развлекаться, а вокруг иностранцы стоят и дают советы. Неприлично, правда. Здесь все наоборот, почему и удивительно, они развлекаются, а я даю советы. Приличие соблюдено, все делают одно и тоже.

Маша фыркнула. Мира глупо хихикнула.

- Пап, он врет?- обратилась Люда к отцу.

- К сожалению, в общем понятии все правда.

Мой рейтинг подпрыгнул выше всех. Девочки весь вечер смотрели мне в рот, а ребята после выпивки понесли такую околесицу, рассчитанную на окружающих, о разных знакомых и мне даже показалось, что все великие иностранцы сейчас присутствуют в Москве.

- Ты разбил сердце Люды,- говорила мне Маша, после этого праздника.

Мы ложились спать на ее даче.

- А твое?

- Мое давно. Еще когда ты меня лапал под чехлом в танке, помнишь когда мы бежали от патруля.

- Фу, как вульгарно. Не лапал, а нежно обнимал. Вот так.