- Приедет, скажи что подаешь на развод.

- Мне страшно, Саша.

Мне самому было неприятно. И смутные подозрения насчет операции "внедрения" вдруг вспыхнули с новой силой. А что это за намек полковника о помощи. Раздался телефонный звонок. Маша взяла трубку.

- Людка! Да что ты говоришь? Он здесь. Я сейчас спрошу. Саша, Люда достала билеты на Эдиту. Пойдем?

- Пошли. Нам надо развеяться.

- Мы идем.

После концерта, мы приехали к Людке в гости. Большая пятикомнатная квартира, потрясала блеском и чистотой. Люда затащила нас в свою комнату вытащила бутылку вина и разлила по бокалам. После нескольких бокалов, Машу развезло и она стала плакать, выбалтывая Люське все, что с ней произошло. Люда напротив, держалась крепко и безконца успокаивала ее. Мы отвели Машу на кровать и она, по всхлипывав, заснула. Пока мы сидели в Людкиной комнате, в квартире появились люди. Раздался голос самого хозяина, генерала Чараева и нескольких других. Людка, приложив палец к губам вышла к ним в гостинную. Дверь была чуть-чуть приоткрыта.

- Этот авантюрист, все в демократию играет,- сказал один голос.

- А вот моя дочка,- сказал генерал.

Людка со всеми здоровается, а генерал продолжает.

- Ну-ка, Людочка, сходи на кухню, сделай нам закусочку.

Она уходит.

- Дочка у тебя, вся заневестилась. Пора выдавать, а то беситься будет.

- Не за кого пока. Ага, вот и припрятанный коньячок. Где-то у меня здесь рюмки?

- А вот, чем не жених. Молодой офицер. Понравилась девчушка-то?

- Да. Очень хороша,- раздался знакомый голос.

- Во. Прежде чем эти молодые придурки из ее круга будут протирать ее бюстгальтер руками, не лучше отдать сразу в надежные руки.

- Слушай, Николаевич, не трави душу. Дочь у меня самое больное место.