Должно быть он носил с собой микрометр. Типичный образ старшего бухгалтера из Сити — никем иным представить его не мог.

— Извините за вторжение, — улыбнулся он, показывая три верхние золотые коронки и скосив взгляд назад, — но, кажется, ваш секретарь...

— О, пустяки! Входите.

Он разговаривал, как бухгалтер: взвешивая слова, не торопясь, слегка рисуясь правильным выговором. Протянул мне руку — быстрое легкое пожатие, ни к чему не обязывающее.

— Мартин, — представился он, — Генри Мартин... Мистер Пьер Кэвел?..

— Да. Не угодно ли сесть?

— Благодарю, — он сразу сел, ноги поставил прямо, сдвинув их вместе.

Осторожно покачивая саквояжем перед коленями, огляделся, не пропуская ничего, и слегка улыбнулся. — Дела не очень... э... хорошо... у вас идут, не так лиг, мистер Кэвел?

Возможно, он и не бухгалтер. Те, как правило, вежливы, с хорошими манерами и не столь быстро переходят к ненужным колкостям. Быть может, он чем-то расстроен... Люди, которые обращаются к частным детективам, редко бывают спокойны.

— Хочу подурачить налогового инспектора, — объяснил я. — Чем могу быть полезен, мистер Мартин?

— Рассказом о себе. — Он больше не улыбался и глаза его не блуждали по комнате.

— О себе?.. — переспросил я резко, но учитывая, что за три недели не имел ни одного клиента. — Пожалуйста, поконкретнее, мистер Мартин. У меня куча дел.

Действительно, у меня были свои дела: разжигание трубки, чтение утренних газет и тому подобное.

— Прошу прощения, мистер Кэвел. Итак, о вас... Именно вас я выбрал для выполнения очень деликатной и трудной миссии. Хочу быть уверенным, что вы — именно тот человек, и полагаю, что это логично, не так ли?

Внимательно разглядывая Мартина, я подумал, что его без особого ущерба для себя можно вышвырнуть вон.

— Я не выполняю щекотливых поручений, мистер Мартин. Занимаюсь только расследованием.

— Именно, именно, когда есть что расследовать. — Его тон был еще не таким безразличным, чтобы оскорбиться. — Видимо, я должен кое-что сообщить. Не обижайтесь, через несколько минут вы ознакомитесь с моим методом, мистер Кэвел. Обещаю, не пожалеете, — он открыл саквояж, вынул кожаную папку, достал из нее плотный лист бумаги и с выражением стал читать: