Я НЕ НАМЕРЕН в этой книге подробно анализировать — почему так произошло. Не склонен я и к тому, чтобы заняться оправданием тёмных и грязных сторон в жизни позднего СССР. Я подчёркиваю — позднего, потому что для СССР конца тридцатых — начала пятидесятых годов социальная грязь не была сильно значащим явлением. Для СССР первых довоенных и послевоенных пятилеток был характерен небывалый ранее в мировой истории массовый социальный энтузиазм. Как Страна Добра Советский Союз начал быстро деградировать где-то с начала «брежневских» семидесятых годов, хотя многие черты масштабной деградации были характерны уже для поздних «хрущёвских» лет жизни СССР.

Я не склонен оправдывать то, что оправдывать нельзя, но замечу, что если ранее, в СССР — даже в позднем СССР, гражданское общество жило доброй жизнью, которая омрачалась идиотизмами перерождающейся «партонлазмы» или дряхлеющей партократии, то сегодня — в «Россиянин», гражданское общество, умирая, влачит жалкое существование, социальная гнусность, кретинизм и идиотизм которого скрашены остатками той человечности, которую заложила в нас былая Страна Добра.

В ходе своего рассказа об СССР я не буду привлекать многочисленную статистику, хотя не собираюсь полностью обойтись без неё, как и без ряда цитат и фактических сведений. Но сразу скажу, что я не ставил целью охватить все стороны темы «СССР». Да и возможно ли такое в рамках однрой, к тому же — не очень объёмной — книги?

СССР, как и вырастившая его Россия, — это целая Вселенная.

А можно ли объять необъятное?