Угроза "русского термидора", то есть отката революции назад, начала беспокоить большевиков в конце 1920-начале 1921 года. Во всяком случае, по утверждению Троцкого, не только после перехода к нэпу, когда эта тема на определенное время становится дежурной в партийных кулуарах, но и до его введения Ленин вел разговоры о возможности "термидора" с вождями большевизма, в том числе и с ним. Крестьянская контрреволюция и кронштадтская форма " термидора" весны 1921 года--за Советы без коммунистов--показала, что опасения были небеспочвенны. Кронштадтцы, как говорил впоследствии Троцкий, "под лозунгом Советов и во имя Советов

спускались к буржуазному режиму". Над большевиками нависал топор термидорианской гильотины.

Спасением стал нэп. Угроза прямого повторения французского сценария миновала. Русская революция прошла в опасной близости от непосредственного "термидора". Правда, в партийных кругах получил распространение не ленинский термин -- "самотермидоризация", а более понятный эвфемизм -- "перерождение". Новая ситуация тревожила большевиков. Предсказать, как она будет развиваться и к чему приведет, не брался никто, даже Ленин. Сам характер революции --"буржуазная или социалистическая?" -- можно было, по его мнению, определить теперь лишь в исторической перспективе. Наедине с собой (в мае 1921 года) Ленин не скрывал тревоги: "Термидор? Трезво, может быть, да? Будет? Увидим" *.

Угроза "медленного термидора" --сползания к капитализму -- смущала умы большевиков уже в дни работы X съезда, провозгласившего нэп. Один из будущих руководителей сталинской "революции сверху" Варейкис послал в президиум съезда записку, содержавшую как бы квинтэссенцию тогдашних и будущих партийных страхов:

"Тов. Ленин.

Если сверху соглашение с капитализмом (торговые договоры, концессии и т. д.) и снизу развитие товарного хозяйства крестьянства, а стало быть, возрождение и рост капитализма, то не будет ли это процесс неизбежного перерождения Советской власти, как "химический процесс", вытекающий из двух данных факторов? Не будет ли это рост и соответствующих форм государственных надстроек, базирующихся на базисе "верхнего и нижнего" капитализма. И наконец, не превратится ли в абстракцию диктатура пролетариата, а на деле Коммунистическая партия окажется на службе у крестьянского капитализма?"