Из этой установки впоследствии сформировались некоторые черты его характера, которые затем проявились еще более явно: холодный расчет, абсолютная черствость, презрение к людям и отсутствие каких-либо моральных соображений при достижении поставленных целей. Человек с подобным характером, естественно, не мог испытывать к другому человеку честной и длительной привязанности, и поэтому на протяжении всей жизни у Сталина едва ли был хоть один настоящий друг».

В отличие от Гитлера, которому приходилось зарабатывать себе на хлеб, Сталин никогда и нигде до Октябрьской революции не работал и делать ничего не умел, зато понял, что занятие политикой вполне может обеспечить так называемого профессионального революционера. Кстати, Гитлер тоже довольно быстро пришел к тому же выводу.

В нашей стране биография Сталина известна только в общих чертах, особенно скупо освещен дореволюционный период его жизни. Впрочем, что касается последнего, то ларчик просто открывается: достаточно обратить внимание на партийную кличку, которую Сталин взял себе — Коба. Так звали грузинского Робин Гуда. В английском фольклоре он, как известно, являл собой образ благородного разбойника, который отбирал деньги у богатых и отдавал их бедным. Сталин стал боевиком, или экспроприатором, организатором грабежей. Добытые таким образом деньги шли в партийную кассу. Сколько попадало туда, сколько прилипало к рукам боевиков, никто не знает, но известно, что суммы по тем временам оказывались порой огромными. Сталин всегда выступал в роли организатора таких «эксов», как тогда говорили, руководил рядовыми исполнителями. Он умел прятаться за спины других при опасных ситуациях. Примечательно, что даже в дни Октябрьской революции Сталин, как говорится, не высовывался.

В сохранившейся переписке между участниками революционного движения есть упоминания о Сталине как о «кавказском боевике Джугашвили». Один из самых близких соратников Ленина, Мартов, писал: «Кавказские большевики примазывались к разного рода удалым предприятиям экспроприаторского рода, это известно и т. Сталину». В тоне рафинированного интеллигента Мартова явно слышится намек на уголовщину.



15 из 431