Один выживший, как вы понимаете — он. Правда и остальные «выжившие» на западе революционеры поделились с читателями своими «несчастными» судьбами при тиране Сталине, рассказали об ужасах его правления и стоне народном, что несся из России. Но отчего-то опустили, что сами свою родину предали, что ушли за кордон, бежали тогда, когда их еще не трогали — тени сгущались вокруг их дружков и совместной деятельности. И если ты такой уж чистый, если такой уж патриот и верный ленинец, то пардон, с чего побежал?

Орлов, работал в разведке, дружок Тухачевского. Опять же осел на западе и был пригрет. А чтоб не достали руки с Родины, накатал письмо Ежову, где поклялся пламенной революционной клятвой выдать 62 советских агентов, если хоть тень бывших «соратников» с Родины промелькнет рядом. Тоже «невинная жертва сталинизма».

Раковский, еще одна «закланная овечка». Председатель Совета комиссаров Украинской ССР. Еще 19 году самостийно осчастливил украинцев комбедами. Организовал коммуны и совхозы — 1655 хозяйств на 19 год. А потом Советы в Кремле во главе с Лениным удивлялись массовым бунтам, голоду на Украине. А в 90-х и по сей день Украина обвиняет Россию в голодоморе. Пардон, господа, но претензии к земляку, пламенному революционеру, что не брезговал брать своих братьев в заложники, уничтожал хутора и селения, из тех, кто был не согласен с его политикой.

А Раковский порезвился и … обратился к французам с протянутой рукой и несчастным личиком: подайте бедному ляху на пропитание всей республики. И тех проняло. В Париже начали планировать реконструкцию украинской промышленности, помощь сельхоз техникой и понятно, ссудами. А Раковский в это время сошелся с Маркотиным — руководителем Украинского национального комитета, западником, чтоб тот посодействовал помощи Антанты бедной Украине, а за это УНК станет официально признанной партией уже на исторической Родине. Ну и «союзникам» конечно, тоже обещал — всячески посодействовать размещению западных капиталов на просторах незалежной Украины. А чтоб у них сомнений не было — «с вами мы, други верные!» … потребовал у Германии 400 000 марок депортации за ущерб при оккупации. Показал «фи» врагу Англии. Нашел крайних.